Несколько лет назад в названии департамента образования и науки Сургута  «науку» сократили. Нет у нас оснований быть научными, не  соответствуем положениям. Но не только в отдельно взятом Сургуте, но и в округе, как и в РФ в целом, наука находится в незавидном положении. Активно образовывая новые вузы и попутно штампуя их суррогаты — региональные филиалы, все забыли о качестве образования, о его итоговых целях. Так считает заслуженный деятель науки РФ, доктор физико-математических  и биологических наук, профессор Валерий Еськов. Будучи директором НИИ биофизики  и медицинской кибернетики СурГУ, он занимается изучением важнейших жизненных процессов организма человека, проживающего в условиях Севера РФ. Ученый уверен: то, чему сегодня в стране не уделяют должного внимания, могло бы спасти не только наш регион, но и страну от гибели. 

— Вы написали тревожное обращение к заместителю председателя правитель-ства по вопросам образования, науки и внешним связям Югры Алексею Майорову. В чем состоят изложенные вами опасения?

— Опасения заключаются в том, что выполнение федеральных целевых программ в области образования и здоровья населения округа, касательно их инновационной части, по-ставлено под угрозу. В отличие от бизнеса и промышленности для научных школ недостаточны только средства  (ставки, оборудование), наука требует постоянного внимания и контроля со стороны социума. В этом отношении наш город, да и округ в целом, обделены по части качественного и количественного состава интеллектуальной элиты (приглашаем далеко не самых лучших, а свои кадры выращиваем крайне медленно). То, что динамично развивающаяся территория ущербна в интеллектуальном смысле, было очевидно для меня сразу, когда в 1996 году приехал работать в СурГУ. Законом определенная пропорция 170 студентов на 1000 населения тогда совершенно не выдерживалась. Ситуация менялась: выделяли деньги, приглашали ученых, создавали вузы и филиалы. Но какого качества было это образование? Наукой занимались единицы, а именно через науку должно идти образование и интеллектуальное возрождение Югры (мы сейчас ущербны по соотношению численности ученых на 1000 населения).

— Но насколько нашему нефтяному краю необходимо поствузовское образование и наука в целом?

— Если треть населения региона — нефтяники, это не умаляет задачи интеллектуального развития общества. Мы можем иметь мускулы нефти, газа или кварца, но если при этом мозг размером с грецкий орех, значит — мы отсталая территория. Мышцы спадут, что останется? Для чего мы вообще живем? Есть жизнь животного: как бобик полаял — и забыл, о чем лаял. Цивилизация наша уникальна (единичная и случайная), значит, наша главная задача состоит в том, чтобы человечество выжило. Я же знаю два десятка причин, по которым завтра может не наступить. Меня это очень сильно подстегивает к мысли о том, что мы оставим потомкам? Через 20-30 лет наши внуки спросят, почему вы, имея такие возможности, не преобразовывали наш социум? А ведь сочетание экономических возможностей с оправданной интеллектуальной амбициозностью могло бы приблизить Югру к заветному постиндустриальному обществу (хотя бы как кластер большой России).

— Постиндустриальное общество, по вашей теории, — это и есть цель челове-чества?

— В эпоху индустриального общества 90 процентов взрослого населения заняты производством и др. деятельностью, и около 10 процентов заняты в сферах производства знаний. А необходима обратная пропорция, и ни одно государство мира пока не дотягивает до этого уровня. Переход в постиндуст-риальное общество должен перевернуть наше сознание,  большинство населения должно участвовать в продукции новых знаний. На сегодняшний день можно констатировать, что это пока еще недостижимо для нас. По крайней мере, пока пытаемся равняться на Америку с ее порочной моделью развития.

— Чем же так порочны США, на первый взгляд, американцы живут неплохо?

— В США 90 процентов населения заняты в сфере управления и обслуживания, т.е. тем, что сиюминутно, что не имеет для развития общества никакого значения. И мы сегодня подражаем этому. Зачем? Это затяжная и тупиковая траектории развития. Сырье когда-то закончится, аграриями нам не быть из-за климата, а промышленность поднимать до мировых стандартов — это крайне затратная и долгая процедура, хотя мы ее потихоньку реализуем. Становится совершенно ясно, что поддерж-ка одаренности, создание интеллектуальной элиты в России — это не просто стратегическая задача, это борьба за существование граждан страны. Одна из главных задач, которая сегодня стоит перед Россией —  выделить ведущую роль системе высшего образования и науки, а министрФурсенко уже всем объявил о сокращении на 100 вузов в РФ за эти два года. В Японии 96 процентов выпускников школ поступают в университеты (отсев в вузах — менее одного процента и 24 процента попадают в аспирантуру), а у нас?

— Гении требуют и гениальной научной среды. Значит, вы ратуете за прекращение «утечки мозгов» за границу?

— Поддержка одаренных и гениальных людей должна у нас встране проводиться повсемест-но и постоянно. Ведь мы не США, которые часть избыточных средств всегда могут «отстегнуть» приезжим нобелевским лауреатам (чем растить своих, проще купить со стороны). У нас лишних денег нет и страна наша непривлекательна в целом для приезда гениев, мы даже миграцию умов не можем задержать. В 90-е годы об этом не думали: считаю в этом отношении первый президент РФ Ельцин был крайне недальновидным, а наши потери интеллекта — невосполнимы (уехало около 200 тыс. ученых). Сейчас власти спохватились: Медведев, Путин стали выезжать в вузы, встречаться с молодежью, но условия для системы образования уже не те, что были в СССР. Как будто в доме пожар, и мы не знаем, за что хвататься (и профтех-образование, и науку, и социум в целом надо вытягивать из пропасти!).

— Что вы думаете насчет системы ЕГЭ, наверное, тоже ругаете это подражание Западу?

— Введение ЕГЭ еще больше усугубило проблему отечественной системы образования, т.к. одаренность и креативность теперь вообще не в цене. А ведь мы знаем, что среди гениев не столь уж высок процент отличников. Живи ЗУНами (знания, умения, навыки) и получишь высокий балл. Интеллект нам не нужен. Но курс на репродуктивные знания неверен, школьники должны учиться сами их продуцировать, делать изобретения, достигать вершин. Наш президент должен это понимать, но сейчас реальных действий нет на этом пути. Обама увеличил на науку отчисления (более трех процентов от ВВП), а мы молчим.

— Насколько известно, вы как раз занимались проектом «Шаг в будущее» для одаренных школьников, почему его свернули?

— Когда еще в середине 90-х я разговаривал с Георгием Назиным, он был полностью солидарен с моими соображениями о том, что научно-исследовательская работа должна быть на первом месте и в школе, и в вузе. Собственно поэтому я и стал работать в СурГУ. Мы начали снизу, как «народовольцы», пошли в школы, стали работать с обычными детьми и за десять лет довели программу «Шаг в будущее» до мирового уровня. Восемь моих учеников стали призерами мировых интеллектуальных соревнований, а один из них — абсолютным мировым призером ежегодно проводимых в США интеллектуальных соревнований Intel-ISEF (един-ственный от бывшего СССР и стран СЭВ за все 60 лет истории этих соревнований). Однако должного развития, поддержки эти начинания не получили. Появилась программа «Золотое будущее Югры», окружное правительство посчитало, что это дублирующие проекты, но они разные по сути.

— Проблема нашего региона заключается не только в отсутствии «гениальной среды», но и чисто социокультурной. У нас ведь элементарно некуда сходить, провести досуг…

— О том, можно ли долго и счастливо прожить в Югре, я много говорю в своих книгах. В моих последних работах изложена компарт-ментно-кластернаятеория биологических динамических систем, которая имеет особое значение в оценке состояний функций организма человека в условиях жизни на севере. Но могу сказать, что, например, Сургут гораздо лучше смотрится на фоне многих городов. Он более рассчитан для жизни человека, и нам не хватает малого (главного!) — развития собственного интеллекта, в этом отношении СурГУ должен быть именно градообразующим фактором,  хочется понимания в этом и от мэра, и от нового губернатора Югры. Безусловно, необходимо повышать качество жизни, рождаемость. Пора уже осознать, что наша жизнь здесь (физиологическая, экологическая) отличная от московской. И если мы финансово равняемся с Москвой, то мы должны жить лучше, чем в столице, т.к. нашему жителю надо больше для обустройства экологически правильного жилья, нужны оздоровительные зоны, соответствующие северным условиям. На уровне РФ этого понимания нет пока.

— Что же делать, если эти рекомендации не будут реализованы, искать более подходящие места для жизни?

— Думаете, я не задумывался о том, уезжать или оставаться? У меня много друзей-ученых, которые давно и безвозвратно уехали из страны, которые не понимают, что я здесь делаю. Мне же обидно за страну, за наш регион. Уже 14 лет на общественных началах мы готовим докторов наук, т.к. докторантура никому была не нужна в университете. А как найти претендентов на должность младшего научного сотрудника или кандидата в Югре, если он получает около 16000 рублей за ставку? Если нет условий и стимулов, понятно, что получать выдающиеся результаты могут только единицы! Те, кому ничего не надо, только кусок хлеба и койко-место. А вот здесь можно вспомнить и про нефтяной край, который приносит стране богатство, и про наши ничтожные северные доплаты. А перс-пективы уже разворачиваются еще более удручающие для Югры, т.к. в средней полосе России начался подъем заработной платы, у профессуры  начнется обратная миграция.

— Cейчас в СурГУ идет скорее обратный процесс: закрываются лаборатории, отделы инновации...

— Мы готовы отстаивать свои научные достижения, именно об этом я и пишу господину Майорову. Без разбора сокращать всех ученых (штаты, оборудование и т.д) губительно для интеллектуальной элиты Югры. Достижения НИИ биофизики и медицинской кибернетики, как и других реально существующих структур СурГУ, составляют золотой фонд не только Югры, но и всей науки России. Учитывая все вышесказанное, хочу еще раз обратить внимание на то, что разрушить интеллект легко, а вот создать его — это целая эволюция. Один шаг уже сделан, сокращение штатов началось. Однако факультет, кафедру и даже вуз можно закрыть, а потом опять открыть, и они смогут штамповать студентов с дипломами, а вот серьезную лабораторию — не получится. Замалчивать эти проблемы мы не имеем права, будущее поколение нам этого не простит.

Вера Куликова
kulikova@novygorod.ru

Кстати

Валерий Еськов является автором более 600 научных работ, 65 изобретений, трех открытий, в том числе 20 запатентованных устройств и способов мониторинга человека и животных, проживающих на севере РФ. Им разработана компартментно-кластерная теория биологических динамических систем, в рамках которой стало возмофжным идентифицировать интервалы их устойчивости, степень синергизма биосистем различных уровней организации, (разработаны новые методы диагностики организма человека на Севере).

Справка "НГ"

Валерий Матвеевич Еськов родился 13 октября 1948 года в городе Полтаве. Окончил Донецкий госуниверситет по специальности «биофизика». В СурГУ работает с 1996 года.